ИГРУШКА ДЛЯ БУРДЫ И ВАССЕРМАНА.
Признаюсь, что сегодня я совершил редкий для меня поступок – не дочитал книгу и положил ее подальше от себя. Нет, конечно, многие опусы начинаешь и оставляешь, но происходит это на первых 10-20 страницах, к этому моменту уже все понятно. А тут я осилил половину, больше сотни страниц, но потом сдался…
Называется сие творение «Провоцирующая риторика? Меткий ответ!» Автор Карстен Бредемайер, а издано это Ростове-на-Дону и Краснодаре.
Спотыкаться я начал довольно быстро, что к примеру может означать такая фраза: «Нам предоставляют несвязанные отдельные мнения, а также исторически направленные, как скорость будущего, как незначительность»?
Или вот это «Потеря самообладания – это мотивированная солидарностью диалектика»?
Или еще вот ««И теперь вперед через могилы», - гласили последние слова Иоганна Вольфганга Гете на могиле его сына, хотя они заключают в себе воспоминания далекого прошлого как неразрешимые в настоящем».
Не говорю уже о том, что последние слова все-таки говорят перед своей могилой, а не чужой, пусть даже сына. Но пусть мне кто-нибудь попробует объяснить, что по смыслу значат все эти фразы?
О чем они?
Я уже не говорю про простые ошибки типа пропущенных слов, как например здесь «Как вогнутое зеркало отражает душу, что само по себе чем-то гипотетичным». Хотя что сюда не подставляй, понятней не становится, но тут ясно, что все-таки какое-то слово выпало.
А вот здесь «Итак, парадоксы жизненного опыта связаны с человеческим существованием»? Кто бы сомневался, потому что представить себе жизненный опыт связанный с существованием, например, ангелов или с человеческим подпрыгиванием трудновато…
И с каких пор латинская фраза «Noli me tangere…» стала постулатом Аристотеля? Сколько помнится, великий Стагирит писал по-гречески, да и постулаты у него все-таки посерьезней, чем «Не тронь меня»…
А вот еще замечательный момент: одна из немногих осмысленных фраз в книге «Настоящая импровизация – это когда никто не замечает подготовку» - принадлежит , оказывается французскому режиссеру Фронкосу Труффауту.
Эге, подумал я, что-то знакомое. И точно, полез в Интернет и обнаружил, что речь идет о знаменитом Франсуа Трюффо, который действительно пишется по-французски вот так «François Truffaut».
Тут я понял, что имею дело просто с машинным переводом. Кто-то, похоже, сунул немецкий текст в какой-нибудь «Промпт», а потом прошелся по нему, согласовывая (кое-где) роды и падежи.
Отсутствие имени переводчика в выходных данных, при наличии копирайта на перевод подтверждали мою догадку.
Окончательно меня в этом убедили два момента.
«Не следует думать, что телевидение … … живая технологическая сущность, которую люди создали по своему подобию. Привет от научной фикции».
Не правда ли, не нужно быть эрудитом и полиглотом, чтобы опознать в последнем предложении «Science fiction»,что в русском языке давно живет, как «научная фантастика»…
А вот и коронка. Мало кто не слышал знаменитую фразу Декарта «Cogito ergo sum», которая означает «Мыслю, следовательно существую». А знаете, как переводится построенное по такому же принципу предложение «Videor ergo sum» в моей отныне любимой книжке? Ни за что не догадаетесь, но я вас спасу «Меня увидели, итак это я…» Наверное все-таки «Меня увидели, следовательно я существую…»
«И зачем ты это делал? – вправе спросить недоумевающий читатель. – Зачем мучился читая всякий бред?»
Во-первых, и в бреду попадаются перлы. Например - «Во время своего путешествия по африканской саванне каннибал так и не получил ни одного факса» - по-моему, замечательный пример абсурда, правда почему-то включенный автором (а скорее все-таки переводчиком) в раздел «Нарушение (смысла-МК) в результате предположения».
А во-вторых, меня взяло зло, я хотел понять, о чем все-таки книга. И понял примерно на сотой странице. Оказывается о риторическом приеме, когда говорящий предлагает какой-то неожиданный текст, который выбивает собеседника из седла и заставляет занять в беседе подчиненное положение.
Теперь я чувствую себя одновременно Анатолием Вассерманом, Борисом Бурдой и Александром Друзем.
И думаю, а может именно на это и рассчитывали директор издательства Евгений Порогер и ответственный редактор Оксана Кох-Коханенко? Ведь издают же сборники кроссвордов и логических задач и не только вторым изданием, как написано на титульном листе этой веселой книги…
.
вторник, 30 июня 2009 г.
понедельник, 29 июня 2009 г.
воскресенье, 28 июня 2009 г.
суббота, 27 июня 2009 г.
Написалась новая сказка, точнее не совсем новая, скорее вторая часть той, что была вывешена 15 мая. Та первая часть называлась "Серебряный свисток", эта - "Маслина времени". Хотел, как всегда повесить ссылку на Google doсs, но у них что-то происходит,ничего не грузится, поэтому вместо двух глав там выкладываю одну сюда:
«Ну как же медленно едет эта машина… - мучилась от самого вокзала Санька, - Почему никто не придумает, чтобы у автомобиля было не четыре колеса, а восемь и он двигался бы тогда в два раза быстрее…»
Конечно, она уже была взрослая, физику в прошлом году учила и знала, что скорость машины зависит не от количества колес, а от мотора, но ведь очень хотелось скорее попасть домой…
- Ты что, Санька? - обернувшись, спросила мама, - Почему у тебя такое странное выражение лица? Не наотдыхалсь?
- По дому соскучилась… - усмехнулся отец.
Он сидел рядом и видел, что дочь скорее стремится вперед, чем рвется назад.
- Небось мальчика какого-нибудь давно не видела… - откликнулся с водительского сидения мамин брат дядя Боря, который встречал их на станции, чтобы подвезти от вокзала домой. .
И засмеялся немного хлюпающим смехом, за что сразу получил от сестры локтем в толстый бок.
- Ты что? – зашипела мама, - Ей же еще двенадцати нет…
- Так они сейчас знаешь, какие ранние? – отозвался дядя Боря, обиженно потирая ребра. – Вон у Сереги Никите еще только десять, а он уже во всю по интернету разным девицам внимание уделяет …
- Ты лучше дороге внимание уделяй … - прервал беседу Санькин папа.
И посмотрел на дочь, мол, я понимаю, что такие разговоры тебе могут быть неприятны.
Но ей было не до разговоров…
И не до дороги…
И даже не до Кольки Селиверстова, которого она, действительно, очень давно не видела…
Санька спешила домой, чтобы заполучить обратно свою маслину, по которой действительно соскучилась за лето.
Так получилось, что едва ей достался в руки волшебный артефакт, она была вынуждена уехать сначала к бабушке на Украину, под Киев, а затем к бабушкиной маме в Крым.
Представляете – прабабушка? Раньше Санька, конечно, слышала о бабе Клаве, но вот увидеть живьем человека, который родился до войны, когда даже еще телевизора не было?
Может она свою правнучку из Москвы невзлюбит и будет ругать все время, откуда знать? Взрослых-то понять нельзя, а уж их родителей и подавно, тем более таких старых…
Но баба Клава оказалась женщиной вполне мягкой и доброй, Саньку совсем не ругала, а если ругала, то во-первых, за дело, а во-вторых, совсем не зло, а как-то так, что хотелось тут же бежать все исправлять, что натворила…
Но как исправить то, что целый день проболталась внучка на море, а баба Клава волновалась? Только броситься ей на шею и пообещать, что больше никогда, ну правда, никогда…
А на завтра все повторится опять…
Моря Санька раньше никогда не видела и совершенно влюбилась в него (как взрослая), из воды почти не вылезала, загорела дочерна и загнать ее домой с пляжа было практически невозможно.
Так там было хорошо, что иногда она почти забывала, что дома в кармане зеленой ветровки лежит и ждет ее заветная маслина.
А может и лучше, что она забыла ее дома?
Где она могла бы с ней экспериментировать? (Слово это Санька прочитала в Интернете и долго заучивала наизусть, чтобы щегольнуть при случае…)
В однокомнатной квартире у бабы Клавы? Из которой старушка почти что и не выходила, (даже в магазин за продуктами бегала внучка) разве что посидеть на лавочке у подъезда?
Не смешите меня…
Или прямо на пляже, где было полно отдыхающих?
Санька ведь не знала, какую площадь, находящуюся рядом с ней, переносит маслина в прошлое или в будущее.
Сто метров?
Тысячу километров?
Весь мир?
А вдруг на глазах половины изумленного пляжа вторая половина исчезнет и отправится в трусах и бикини в век Наполеона или прямо без пересадок к бронтозаврам? Хорошенькие будут лица у тех, кто останется…
Не говоря уже о тех, кто отправится…
А если Санька вообще потеряла бы маслину в песке? Или в море, куда боясь остаться без такой важной вещи, взяла бы ее с собой?
- Подъезжаем… - сказал дядя Боря.
Между знакомыми домами мелькнул родной пустырь, они повернули во двор, вон уже виден родной подъезд…
Интересно, Селиверстовы здесь или еще не приехали?
Только с Колькой могла наша героиня открыто разговаривать о маслине. Так получилось, что она не сказала ни о чем родителям раньше, а сейчас уже было как-то неудобно, да и поздно…
Пока путешественники выгружались, Санька все время посматривала на окна квартиры Селиверстовых, но так и не смогла для себя решить, есть там внутри кто-то или нет?
Вроде форточка открыта, но кто же запирает все окна, даже если надолго уезжает, должен же воздух проникать в квартиру…
Они поднялись на свой этаж, вот сейчас, сейчас, еще какие-нибудь пятнадцать минут, ну полчаса, пока они вещи разберут и душ примут…
Мама попробовала вставить ключ в дверь, но у нее ничего не получилось. Она удивленно посмотрела на замок, потом на отца, потом попробовала еще раз.
- Ты что, замок поменял?
Тот отрицательно покачал головой.
Ключ, который всегда, стоило его только поднести к замку, входил как нож в сыр, сегодня работать отказался.
Мама протянула его отцу:
- Посмотри, пожалуйста…
Папа поставил чемоданы на пол, снисходительно усмехнувшись, взял ключ, протянул руку к замку и…
И так и не смог вставить его в скважину…
Сзади шумно пыхтел дядя Боря:
- Что ты возишься?
Папа присел на корточки, посмотрел на замок внимательно, удивленно поднял глаза.
Потом зачем-то подул в скважину и оглянулся на шурина:
- Иди-ка сюда, Шерлок Холмс…
Санькин дядя читал в своей жизни множество детективов и считался в семье специалистом по разным преступлениям и расследованиям.
- Что там? – испуганно сказала мама.
- Разберемся… - деловито ответил дядя Боря и отодвинув плечом сестру, тоже склонился у замочной скважины.
Санька стояла сзади ни жива, ни мертва.
Мужчины пыхтели, сосредоточенно тыкали в дверь то ключом, то пальцами, загадочно переглядывались.
Наконец, папа разогнулся.
- Надо вызывать милицию… - грустно сказал он. – Кто-то пытался вскрыть нашу квартиру…
- А может уже и вскрыл… - солидно добавил дядя Боря. – В замке обломок отмычки торчит…
- Да что у нас брать-то? – как-то горько удивилась мама. – Старый компьютер, да серебряное кольцо с бирюзой…
И только Санька молчала, потому что хорошо знала, что было брать в их квартире…
«Ну как же медленно едет эта машина… - мучилась от самого вокзала Санька, - Почему никто не придумает, чтобы у автомобиля было не четыре колеса, а восемь и он двигался бы тогда в два раза быстрее…»
Конечно, она уже была взрослая, физику в прошлом году учила и знала, что скорость машины зависит не от количества колес, а от мотора, но ведь очень хотелось скорее попасть домой…
- Ты что, Санька? - обернувшись, спросила мама, - Почему у тебя такое странное выражение лица? Не наотдыхалсь?
- По дому соскучилась… - усмехнулся отец.
Он сидел рядом и видел, что дочь скорее стремится вперед, чем рвется назад.
- Небось мальчика какого-нибудь давно не видела… - откликнулся с водительского сидения мамин брат дядя Боря, который встречал их на станции, чтобы подвезти от вокзала домой. .
И засмеялся немного хлюпающим смехом, за что сразу получил от сестры локтем в толстый бок.
- Ты что? – зашипела мама, - Ей же еще двенадцати нет…
- Так они сейчас знаешь, какие ранние? – отозвался дядя Боря, обиженно потирая ребра. – Вон у Сереги Никите еще только десять, а он уже во всю по интернету разным девицам внимание уделяет …
- Ты лучше дороге внимание уделяй … - прервал беседу Санькин папа.
И посмотрел на дочь, мол, я понимаю, что такие разговоры тебе могут быть неприятны.
Но ей было не до разговоров…
И не до дороги…
И даже не до Кольки Селиверстова, которого она, действительно, очень давно не видела…
Санька спешила домой, чтобы заполучить обратно свою маслину, по которой действительно соскучилась за лето.
Так получилось, что едва ей достался в руки волшебный артефакт, она была вынуждена уехать сначала к бабушке на Украину, под Киев, а затем к бабушкиной маме в Крым.
Представляете – прабабушка? Раньше Санька, конечно, слышала о бабе Клаве, но вот увидеть живьем человека, который родился до войны, когда даже еще телевизора не было?
Может она свою правнучку из Москвы невзлюбит и будет ругать все время, откуда знать? Взрослых-то понять нельзя, а уж их родителей и подавно, тем более таких старых…
Но баба Клава оказалась женщиной вполне мягкой и доброй, Саньку совсем не ругала, а если ругала, то во-первых, за дело, а во-вторых, совсем не зло, а как-то так, что хотелось тут же бежать все исправлять, что натворила…
Но как исправить то, что целый день проболталась внучка на море, а баба Клава волновалась? Только броситься ей на шею и пообещать, что больше никогда, ну правда, никогда…
А на завтра все повторится опять…
Моря Санька раньше никогда не видела и совершенно влюбилась в него (как взрослая), из воды почти не вылезала, загорела дочерна и загнать ее домой с пляжа было практически невозможно.
Так там было хорошо, что иногда она почти забывала, что дома в кармане зеленой ветровки лежит и ждет ее заветная маслина.
А может и лучше, что она забыла ее дома?
Где она могла бы с ней экспериментировать? (Слово это Санька прочитала в Интернете и долго заучивала наизусть, чтобы щегольнуть при случае…)
В однокомнатной квартире у бабы Клавы? Из которой старушка почти что и не выходила, (даже в магазин за продуктами бегала внучка) разве что посидеть на лавочке у подъезда?
Не смешите меня…
Или прямо на пляже, где было полно отдыхающих?
Санька ведь не знала, какую площадь, находящуюся рядом с ней, переносит маслина в прошлое или в будущее.
Сто метров?
Тысячу километров?
Весь мир?
А вдруг на глазах половины изумленного пляжа вторая половина исчезнет и отправится в трусах и бикини в век Наполеона или прямо без пересадок к бронтозаврам? Хорошенькие будут лица у тех, кто останется…
Не говоря уже о тех, кто отправится…
А если Санька вообще потеряла бы маслину в песке? Или в море, куда боясь остаться без такой важной вещи, взяла бы ее с собой?
- Подъезжаем… - сказал дядя Боря.
Между знакомыми домами мелькнул родной пустырь, они повернули во двор, вон уже виден родной подъезд…
Интересно, Селиверстовы здесь или еще не приехали?
Только с Колькой могла наша героиня открыто разговаривать о маслине. Так получилось, что она не сказала ни о чем родителям раньше, а сейчас уже было как-то неудобно, да и поздно…
Пока путешественники выгружались, Санька все время посматривала на окна квартиры Селиверстовых, но так и не смогла для себя решить, есть там внутри кто-то или нет?
Вроде форточка открыта, но кто же запирает все окна, даже если надолго уезжает, должен же воздух проникать в квартиру…
Они поднялись на свой этаж, вот сейчас, сейчас, еще какие-нибудь пятнадцать минут, ну полчаса, пока они вещи разберут и душ примут…
Мама попробовала вставить ключ в дверь, но у нее ничего не получилось. Она удивленно посмотрела на замок, потом на отца, потом попробовала еще раз.
- Ты что, замок поменял?
Тот отрицательно покачал головой.
Ключ, который всегда, стоило его только поднести к замку, входил как нож в сыр, сегодня работать отказался.
Мама протянула его отцу:
- Посмотри, пожалуйста…
Папа поставил чемоданы на пол, снисходительно усмехнувшись, взял ключ, протянул руку к замку и…
И так и не смог вставить его в скважину…
Сзади шумно пыхтел дядя Боря:
- Что ты возишься?
Папа присел на корточки, посмотрел на замок внимательно, удивленно поднял глаза.
Потом зачем-то подул в скважину и оглянулся на шурина:
- Иди-ка сюда, Шерлок Холмс…
Санькин дядя читал в своей жизни множество детективов и считался в семье специалистом по разным преступлениям и расследованиям.
- Что там? – испуганно сказала мама.
- Разберемся… - деловито ответил дядя Боря и отодвинув плечом сестру, тоже склонился у замочной скважины.
Санька стояла сзади ни жива, ни мертва.
Мужчины пыхтели, сосредоточенно тыкали в дверь то ключом, то пальцами, загадочно переглядывались.
Наконец, папа разогнулся.
- Надо вызывать милицию… - грустно сказал он. – Кто-то пытался вскрыть нашу квартиру…
- А может уже и вскрыл… - солидно добавил дядя Боря. – В замке обломок отмычки торчит…
- Да что у нас брать-то? – как-то горько удивилась мама. – Старый компьютер, да серебряное кольцо с бирюзой…
И только Санька молчала, потому что хорошо знала, что было брать в их квартире…
пятница, 26 июня 2009 г.
четверг, 25 июня 2009 г.
среда, 24 июня 2009 г.
Давно не было исторических подборок, пора исправить эту оплошность:
Если Павел Первый видел мужчину в халате (даже у окна его собственного дома), того немедленно отправляли в исправительный дом
При поступлении на сцену дворяне утрачивали все свои права и привилегии.
Николай Первый торопился с парада во дворец со словами: «Моя баба меня ждет, спешу домой…"
В 1774 Екатерина Вторая подарила графу Григорию Орлову сервиз из серебра весом более двух тонн. Он состоял из 3275 предметов.
Некий полковник на вопрос Николая Первого любит ли он царя, ответил «Я не знаю, позволено ли мне это…»
Лев Толстой в частном письме в 1845 году писал: « …правда, что крепостное право зло, но зло чрезвычайно приятное…»
В Твери разобрали монумент Екатерины Второй, чтобы сделать лучше, да так и не собрались... И это Екатерина, которая финансировала восстановление города после огромного пожара , то есть по существу отстроила его заново…
Александр Первый отказывался от георгиевской ленты одной из первых степеней, потому что был блондин и цвет не шел к его волосам. А Николай Второй, чтобы получить хотя бы четвертую степень этого ордена поехал на фронт и простоял под обстрелом какое-то время…
Жандармы доносили на Ермолова, что он, остановившись напротив портрета государя грозно посмотрел на него
Николай Тургенев, приехав после амнистии в Россию, предложил крестьянам свободу с землею, но не получил их согласия…
Только в 1812 году с вооружения российской армии были сняты алебарды…
Если Павел Первый видел мужчину в халате (даже у окна его собственного дома), того немедленно отправляли в исправительный дом
При поступлении на сцену дворяне утрачивали все свои права и привилегии.
Николай Первый торопился с парада во дворец со словами: «Моя баба меня ждет, спешу домой…"
В 1774 Екатерина Вторая подарила графу Григорию Орлову сервиз из серебра весом более двух тонн. Он состоял из 3275 предметов.
Некий полковник на вопрос Николая Первого любит ли он царя, ответил «Я не знаю, позволено ли мне это…»
Лев Толстой в частном письме в 1845 году писал: « …правда, что крепостное право зло, но зло чрезвычайно приятное…»
В Твери разобрали монумент Екатерины Второй, чтобы сделать лучше, да так и не собрались... И это Екатерина, которая финансировала восстановление города после огромного пожара , то есть по существу отстроила его заново…
Александр Первый отказывался от георгиевской ленты одной из первых степеней, потому что был блондин и цвет не шел к его волосам. А Николай Второй, чтобы получить хотя бы четвертую степень этого ордена поехал на фронт и простоял под обстрелом какое-то время…
Жандармы доносили на Ермолова, что он, остановившись напротив портрета государя грозно посмотрел на него
Николай Тургенев, приехав после амнистии в Россию, предложил крестьянам свободу с землею, но не получил их согласия…
Только в 1812 году с вооружения российской армии были сняты алебарды…
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
Сообщения
